Скандалы в детской школе искусств. Художник Сергей Медведев. Разговоры с Сашей Териковой.

a:2:{s:4:"TEXT";s:65534:"a:2:{s:4:"TEXT";s:113526:"Ссылка на источник
Саша Терикова:
Всем привет! Это «Разговоры» на телеканале Н1, и сегодня разговор буду вести я, Саша Терекова, и не с кем-нибудь, а с заслуженным, и не побоюсь этого слова, и уже не побоялась, в анонсе с мирно известным художником из Нижневартовска Сергеем Геннадьевичем Медведевым. Помимо того, что это заслуженные деятели искусства, это еще и преподаватель той самой школы, о чем мы тоже сегодня поговорим. В первую очередь, конечно, хотелось бы поговорить об искусстве, о городской, наверное, эстетике.
Вы же, помимо того, что вы, Сергей Геннадьевич, художник, вы же еще и общественник, да? И поговорим в общем обо всем. Вы также можете задавать свои вопросы в течение прямого эфира. Сделать это можно по номеру 8 90 28 5 8 5 8 5 8. Пожалуйста, пишите нам в наш телеграмм, либо любым удобным способом, где бы вы нас сейчас не смотрели, в телеграмме, либо вконтакте, задавайте вопросы, а мы их озвучим Сергею Геннадьевичу без прикрас.
Ну, конечно же, в рамках действующего законодательства. Сергей Геннадьевич, давайте вот начнем с того что такое заслуженный художник россии что это.
Сергей Медведев:
Такое, но во-первых это почетное звание почетное звание который утверждает утверждено естественно на федеральном уровне присуждает подписывает указ президент российской федерации и это вот одна из тех ступеней когда вот и заслуженный художник артист работник жилищно-коммунальным хозяйством там порядка 20, наверное, направлений, ну, следующий этап есть народный.
Ну что это такое? Это, наверное, признание тех заслуг, к которому не стремишься, а они накапливаются, и когда уже набирается определенный багаж творческий или производственный, и есть основания для того, чтобы выдвигать человека на это звание, вот тогда происходит очень длительная и не совсем приятная, и не совсем радостная процедура
прохождение документов в течение там года полутора и тогда уже от первой точки это как если откуда где человек работает оттуда выходят документы и заканчивается естественно столом президента российской федерации где он.
Саша Терикова:
Стоит подпись звучит как-то не очень эстетично, а вот тем не менее это.
Сергей Медведев:
Бюрократично да получается бюрократично немножко потому что я прошел все эти этапы и они немножко для меня даже не такие были радостные не было как, знаете, в фильме или еще где-то интервью. «Ах, вы знаете, меня наградили, я даже и не знал об этом». Ну, такое бывает, да? «Ах, мне награда нашла героя, и я даже и не знал об этом». Нет, я это все знал, где-то пришлось контролировать, где-то пришлось об этом даже где-то иногда и говорить.
Были препоны всевозможные, на начальном уровне, ну, вплоть до того, что полгода мои документы лежали по личностным каким-то причинам одного из в нижнем ящике стола, и уже когда сверху со столицы Югры позвонили, где документы, у нас уже принято решение, почему не присылаешь. Ну, так вот получилось, пошло. Ну, а дальше было все полегче.
Саша Терикова:
Как-то у нас разговоры об искусстве начались с разговоров о бумажек. Не хотелось бы, чтобы дальше перешло к тому, что у нас то искусство, как известно, пахнет, может, и колбасой. Вот, ну, наверное, для простого обывателя вот непонятно, может быть, нужно нарисовать какое-то определенное количество картин, там, написать полотенца, как правильно.
Сергей Медведев:
Вот вы о чем.
Саша Терикова:
Да или может быть нужно попасть в какой-то поток искусства да и получить какое-то общественное признание не знаю как лайки в соцсетях например все я.
Сергей Медведев:
Понял вопрос то есть конкретно вопрос наверное будет звучать до как стать.
Саша Терикова:
Заслуженным что для этого надо делать сейчас все люди искусства которые мечтают о том что я сейчас выйду напишу какую-нибудь картину там оказывается надо бумаг собирать достаточно часто с.
Сергей Медведев:
Этим вопросом не обращаются, не по поводу заслуженным, а так иногда люди приходят, кто, ну когда-либо по каким-то причинам взял кисти, краски, руи в руки и говорят, слушай, а я хочу вот стать членом Союза художников России. Ну замечательно, становись. А что для этого надо? Ну для, как минимум, у тебя для этого должны быть выставки. Выставки определенного уровня, определенного рейтинга. Ой, а у меня их нет, а я все равно хочу. Ну приходится людям объяснять, ладно, хорошо, давай мы с тобой сейчас перейдем в спортзал, в какую-то, да, спортивную секцию, ну в школу Олимпийского резерва и так далее.
Ты приходишь и говоришь, я хочу быть заслуженным мастером спорта. Они говорят, ну ладно, согласны. Ну дайте. Так ты соревнования выиграл, ты участвовал, ты тренировался, ты годы на это положил. У нас то же самое. Просто так ничего не бывает. За плечами, естественно, у любого художника, который работает на имя. Вот есть такая поговорка, что художник полжизни работает на имя, а потом имя полжизни работает на художника.
Саша Терикова:
Ну это не только у художников так.
Сергей Медведев:
Ну, про художников это вот так, в любых профессиях, наверное, но, наверное, все-таки в творческих, а не в каких-то производственных. Эта вот схема, эта работает. Поэтому, как накапливается? Естественно, творческий путь. Это, естественно, прохождение выставок. Выставки городские, выставки региональные, выставки всероссийские, выставки международные. А теперь, внимание, что значит попасть на всероссийскую или на международную выставку? Это не просто так тебя взял, нарисовал что-либо, принес и повесили в зале.
Ничего подобного. Проходит выставку комы, привозишь работы, показываешь работы, тебе говорят, да, спасибо, хорошо, замечательная работа, но приходи на следующий год, приезжай. Или лучше так мягко скажут, вообще не приезжай больше. Такое тоже может быть, все корректно могут сказать. И когда ты набираешь этот багаж именно творческий, да, вот, что тебя видят, знают, что ты не подражаешь кому-то, ты не умеешь рисовывать, ты не умеешь
заниматься ремеслом, а ты занимаешься творчеством, это разные вещи, ремесло и творчество и когда ты проявляешь свою индивидуальность и тогда говорят да что это вот интересно он несет что-то такое в копилку нашей культуры нашей страны что вот оно уже достойно того чтобы его отметить плюс естественно параллельно и образовательная работа что с детьми работаешь там образовательная деятельность плюс общественная работа потому что ну как правило художники которые имеют звание они достаточно широки в
своем общении, в своей коммуникабельности, не только в цехе художников, но они еще и работают и с молодыми, и с начинающими, и ведут какую-то творческую, просветительскую работу. Спектр очень широкий.
Поэтому когда это все сошлось когда-то в какое-то время, ну вот почти 20 лет назад, в 2006 году, 22 июня, указ был подписан, ну вот это все произошло.
Саша Терикова:
Нет такого что нужно просто попасть в тусовочку в какой-нибудь где например же великие уже признанные художники вот ты там ходишь вроде как со всеми общаешься.
Сергей Медведев:
Потом становится бывает такое бывает нет я так не пошел потому что у нас нет такой тусовочки просто да все равно мы живем на краю всех я вот как был здесь так вот таким вот и единственно то я стою вот так вот для справки до зрителей что вы знали в ханты мансийском округе на сегодняшний день 3 заслуженных в город
нижневатовск владимир колов город ханты мансийск потом у нас есть еще заслуженный ой господи извиняюсь вот вылетела сейчас дорогие телезрители я вам хочу сказать сразу честно вот в эфир в котором мы с вами сейчас находимся я нахожусь напротив Александры. Честно говорю, что никакие вопросы на меня не были подготовлены специально, я ни с чем был ознакомлен, то сейчас вот идет чистый экспромт.
Да, это разговоры, позвонили, пригласили, я прихожу, все, поехали. Так, третий заслуженный художник это у нас Бугаев и один народный художник России это визит Галины Михайловны, Это тоже город Ханты-Мэссис. Все, на весь округ, вот у нас четыре художника с почетными званиями.
Саша Терикова:
Ну я вот сейчас вас послушала, и у меня такое ощущение, что это просто те, кто высидели в очереди в УФМС там вашим художественном каком-нибудь, которые такие достояли, чьи документы достали из конца стола, точнее из папки с документами. Или все-таки вот их имена, они имеют какое-то большое значение в искусстве?
Сергей Медведев:
Это как раз таки подтверждение того, что уже имя есть.
Каупы творчества, они утверждали и подтверждали твой профессионализм. То есть ты приходил уже профессионал и показывал, что ты умеешь, как ты мыслишь, что ты делаешь. И они говорили, да, ты можешь, либо ты не можешь, либо еще походи там подумай. Поэтому вот что касается опять же вот этой тусовки, ну конечно же в больших городах где-то есть плановость, есть какие-то тусовки.
Но вот сейчас чем замечательным замечательно мне нравится информационное пространство открыто мы же можем где-то видеть наблюдать как что за что откуда шлядер один полтора звание, но это уже другая история поэтому ну всегда личностные факторы и там телефонное право, но работал и оно оно так и будет продолжаться сейчас я так.
Саша Терикова:
Понимаю, что нас не очень хорошо слышно в эфире, и поэтому поговорю, наверное, некоторое время я. Я так понимаю, Сергей Геннадьевич, что у вас ведь, вот мы говорим о тусовке о какой-то Нижневартовской, Хантамансийской, может быть, локальной, да? Мы же знаем прекрасно, что вы и жили в Париже, и у вас были выставки не только в Нижневартовске, соответственно, вы могли, имели
возможности общаться с более именитыми да не скажу и легендарными возможно художниками и представителями искусства я вот наверное про эту тусовку больше говорю может быть там нужно сфоткаться с определенным человеком в какое-то время поговорить с ним возможно уже потом потом уже фото пришел показал там вот этим бюрократом, да, и сказал, смотрите, я вот был в Париже, я фоткался с ним.
Сергей Медведев:
Ну, такие вещи не проходят у нас, конечно, потому что сейчас многие, кто с кем фотографируется, много что выкладывает, но это не работает, это правда не работает, потому что вот опять же, вот чем отличается наша профессия, вот сейчас профессия художника, она публична, но не обмануть абсолютно, не заболтать, не уговорить, потому что все равно это надо показать, и придет зритель, либо искушенный, либо не искушенный, и хороший, качественный, грамотный художник, к коим я себя отношу, я жду искушенного зрителя.
Мне нужен диалог. Чтоб не разложить меня по полочкам, ах, ты вот так-то умеешь, это не умеешь и так далее. Не получится, потому что до того, как я показываю свою работу или показываю, там, экспозицию делаю, да, я себя уже 20 раз разложил сначала. У меня правила в жизни есть в творчестве, да, я не даю право на ошибку зрителям, но я сам их хочу сначала.
И поэтому самолюбованием я не занимаюсь, и мои коллеги по творчеству, их не много, их не может быть много. Да, есть коллеги, которых ты знаешь, с кем ты общаешься, с кем ты здороваешься, а именно те, кто в одном ключе в жизненном, позиции в жизненных, в творческих позициях, в технических приемах. Их не много, ну вот как друзей много не бывает, да, и вот этих единомышленников тоже много не бывает. И вот когда вот мы это все видим, понимаем, и у нас отношения одинаковые, вот такое вот какое-то сообщество творческое, дружеское есть.
Ну если там еще говорит вообще о творческом союзе, что у нас существует в Ханты-Массейском округе, ну это может быть следующий вопрос, если зададите. Если это интересно будет вам и зрителям.
Саша Терикова:
Ну вот вы сказали, что вам интересен диалог со зрителем, с тем, кто соприкасается с вашим искусством. Но вот искусство, я, конечно, больше сильна, наверное, в литературе, чем в изобразительном искусстве. Но тем не менее, я всегда, вот изучая историю литературы, я понимала, что все это некая игра. Игра не только с читателем и зрителем, но и игра между собой.
Вот с кем вы в таком случае играли из, может быть, художников, которые вам были симпатичны или, может быть, хотелось бросить вызов?
Сергей Медведев:
Бросили вызов? Ну, это игра у меня очень длительная, это, насколько я себя помню, когда я уже так серьезно заинтересовался искусством, это, наверное, подростковый период, когда я бросил профессиональный спорт, где-то в 13−14 лет, лыжи, и почувствовал внутренне, что мне это надо. И вот даже тогда, я помню, это первый альбом какой-то, он стоил там семь рублей сорок копеек тоненький по тем деньгам, по тем временам, там 70−80-е, то есть я уже их не потратил на мороженое, а я его купил.
И они вот эти первые впечатления детские, в дальнейшем, естественно, обучение, то есть я сразу говорю, так для справки, я прошел качественное базовое обучение, какое положено художнику, это вот какие-то полные 15 лет. Четыре года это детская художественная школа, еще четыре года это Свердловское художественное училище имени Шадра, одно из ведущих художественных училищ на нашей стороне. И потом уже, когда я стал работать уже творчески и профессионально, потому что после окончания художественного училища мои однокурсники пошли поступать в высшее учебное заведение, поехали в
академию, и меня приглашал царство небесное Михаил Михайлович Девятов, это знаменитый наш реставратор, завкафедрой, академик, и он был гэком у меня на приемной комиссии, он говорил, Сережа, поехали ко мне, будешь у меня учиться. Устал, честно говоря, по общагам и так далее, и так далее, отказывался, вот. А мой другой преподаватель Николай Николаевич Маос, он мне говорил, Сережа, наше базовое образование, которое ты получаешь творческое в Екатеринбурге, оно тебе дает все для того, чтобы ты творчески раскрылся, все остальное ты будешь только оттачивать какие-то технические приемы в высшем учебном заведении, в Академии, в частности.
Выбирай твой путь. Я его послушал, не пошел я сразу в высшее учебное заведение и через, после окончания училища художественного, я через четыре года был принят в Союз Художников России, потому что за эти четыре года я просто активно включился в творческую деятельность, выставки, поездки. Естественно, смотрел, общался с профессионалами.
Они мне советовали. Ну я вот сразу так, если вам интересно, я расскажу. Первые выставкомы, какие у меня были. Приезжаю на республиканскую выставку. Город Алма-Ата. Раньше замечательно было. Ни рамок, ничего нет. До любого формата холсты, художник под мышку, в самолет заходит, холст самолет оставит, полетел спокойно. Летали без проблем. И по деньгам, и по комфорту было удобно.
А я тогда увлекался реалистичной живописью, прям вот голландцев я обожал, потому что опять же мой педагог Валерий Поляков, он сам реставратор, иконописец, кстати это ученик Михаила Михайловича Девятого, вот он привил вот это вот ремесло, как делать качественно, фактурно, ну как голландский натюрморт, вы же знаете, да, представляете голландскую живопись, ну так, как обыватель говорит, о, красиво, как на фотографии, то есть такая вообще пошлая фраза, вот я это умею делать, я так какое-то увлекался. Красивые образы, красивые девушки. Ну, сам был тогда еще юн и молод и азартен. Вот. Натюрморты какие-то, пейзажи.
Все замечательные. Привожу. Вроде бы все. Амбиции вот эти молодые. Я умею. Я привожу. Пожалуйста, примите меня на высовку. А уровень высокий, республиканский. Ну, и сидят академики. Бородатые, искушенные. Да, Сережа, красивые девушки у тебя. Да, красивые пейзажи. Ну, приезжай в следующий раз.
А выставком и открытые ты видишь свои работы выставляешь и что выставляют и так знаете грубо говоря раз другой художник ставит так я думаю мазню какую-то, а там же голосование открыто руки поднимают проходит на выставку другой поднимает там условно говоря мазню я ничего понять не могу в чем дело потом прошло время какой-то я переосмыслил и понял это конечно кто-то подсказал не могу сказать да они он сказал как ты пишешь так умеют писать все потому что их так обучают. Любой студент третьего, четвертого, пятого курса художественного училища или института все умеют писать грамотно.
А когда ты своего у тебя зерна нет, за что бы сказали, да вот я где-то это видел, по-моему это Медведев или по-моему это Тереков или по-моему это Иванов, да, вот пока ты это зерно, говорит, не поймаешь свое, у тебя ничего не получится. Ну вот время короткое как-то приосмыслил и какой-то свой ключ поймал, поломал какую-то пластичную форму, изобразительную часть? И вот и потом пошло-пошло-пошло.
Саша Терикова:
То есть не изначально было зерно, а потом уже оно было высажено в почву благодарно.
Сергей Медведев:
Потом, потом, обязательно сначала ремесло. Обязательно сначала студия, сначала обучение. Обязательно обучение. В нашем деле, вот в нашем деле, вот именно в изобразительном, я вообще не люблю слово талант, вот я его отвергаю как таковое. Просто открыто говорю и отвергаю. Особенно. Когда я долго время работаю педагогом и приходят допустим, родитель там приводит ребенка. Мой ребенок талантливый. Я говорю, и что пришли ко мне? Ну вот, я говорю, все, разворачивайтесь, всем спасибо, до свидания.
Как так? Я говорю, так он талантливый у вас, я его испорчу. Вы зачем его привели? Талант, если там только в том месте, где есть процесс обучения, процесс обучения, таланта нет. Есть способности. На каком-то уровне не очень высоком, может быть, у кого-то выше. И вот когда мы свои способности развиваем, развиваем, развиваем, с помощью педагога да и твоя атмосфера в которой работает и педагог и его обучающиеся и на
выходе через какое-то время смогут уже сказать да что это вот талантливая.
Саша Терикова:
Работа интересно сделано мы наконец-то можем наблюдать на экране работы сергей геннадьевич медведева это такой у нас можно сказать из раннего это или из позднего вот это венгрия все что да можно было у вас взять мы постарались взять вот можно оценить собственно говоря уровень не будем говорить таланта да, но искусство ну да вот вы сказали что вы все-таки не хотите
портить талантливых детей это какая-то ваша вредность личная или или как или вот у вас просто вот есть определенная система приема ребенка например я лично сейчас поделюсь своим опытом ждание вопрос задавать я считаю что В ряде профессий необходимо принимать человека амбициозного, который приходит и говорит «Так, здравствуйте, не то чтобы я обладаю какой-то технологией, но я хочу быть великим».
Я считаю, что с таким человеком, например, можно работать в творчестве именно, когда мы говорим о творческих профессиях. А у вас как? Есть ли у вас личный триггер? Вот его возьму.
Сергей Медведев:
Вот именно то, что сейчас вы сказали, Александр, это как раз-таки и работает одним из больших плюсов. Самое большое время я трачу на то, когда дети поступают, то есть они проходят, естественно, этап конкурсный, они проводятся экзамены, то есть не всех. У нас же, вот так вот, мы абсолютно тетезисты, где я работаю? Детская школа искусств номер один, художественное отделение. Работаем по программе по федеральным государственным требованиям, где четко прописано, с чем мы занимаемся, какая конечная цель.
Это не студия, Это не кружок, это не какой-то центр по развитию подросткового или детского творчества. Это абсолютно предпрофессиональная программа. То есть ребенок должен пройти определенные требования. У нас из года в год постоянно, это одно из отделений детской школы искусств. Не одно, оно единственное отделение, где у нас постоянно конкурс.
По два человека, по два с половиной человека на место. Объясняю почему потому что как бы родители не были не подготовлены к профессии к творческой дизайну или к архитектуре да потому что опять же учитываем, а учитываем особенности нашего города у нас все равно монопроизводство как-то вот как мы хотим и того или нет, но она вот такое да у нас люди в медицине заняты у нас сейчас менеджментом занимается там кто юристы кто бизнес
малый и естественно нефтянка то есть вот такого пласта какого-то крепкого да искусствоведческого, изобразительного, но у нас его нет просто по определению, поэтому просто родители не знают порой, что их ждет, и поэтому приходится им на этом этапе объяснять, что вам нужно пройти этот конкурс, и если ребенок проходит этот конкурс, но на каждом этапе я родителям объясняю, или там мои коллеги, кто выходит
на контакт с родителями, что вы не ждите того, что вот вы привели, и мы уже рады, что вы перевели ребенка и это первый шаг я их поздравляю всегда когда они вот у нас на следующей неделе будут краски вступительные экзамены на художественное отделение и те которые дети прошли вот это ну грубое слово отсев такой, но они его прошли первые слова это поздравление что они этот эту уже ступенечку первую не преодолели следующий момент начинается один из самых сложных
это объяснение на протяжении первых полгода наверное зажигание той искры у тех детей, которые внутренне по-детски хотят, ну у них же у детей как, я люблю рисовать, я хочу рисовать, мне нравится рисовать, но они не знают, что там существует программа, академический рисунок, академическая живопись, танковая композиция, прикладная композиция, скульптура, история, искусство, блок, целый блок занятий, которые ты должен изучить, понимать, издавать экзамены.
И когда начинается вот этот вот процесс притирки нормальной, творческой, а я не люблю репить, я не люблю скульптуру. Говорит ребенок, повторяя, допустим, или говорит мама, повторяя слова ребенка, или говорит ребенок, повторяя слова папы, что он не любит это делать. Ну, вы тогда поймите, зачем вы тогда пришли. Поэтому один из таких вопросов, которые тоже задаю родителям, прямой, глаза в глаза, вы зачем привели сюда ребенка? Я должен понимать, и они должны сами проговорить, зачем они пришли.
Не для того, чтобы им сказать, что вы неправильно сюда пришли, а я просто потом объясняю, что они получают в итоге, да, что их ждет через эти пять лет, когда ребенок отучится, какие открываются перед ним жизненные перспективы, и вот тогда просто-напросто вот происходит та смычка замечательная, которую вот у меня многие годы постоянно, если я первый класс принимаю и пятый класс мы расстаемся просто родными людьми
ну вот это азарт извиняюсь я закончу вот это азарт креативность какая-то вот это один из тех моментов когда в ребенке нужно его разбудить потому что в принципе дети они все хулиганы это здорово так должно быть мальчишки девчонки должны хулиганить не в плане там где-то там в социуме да, а мыслить неординарно мыслить как-то очень по-своему да именно только помогать и аккуратно вести в то направление, которое вот мы хотим сделать.
Последнее закончу, чтобы я вам это, а то я так могу сейчас полчаса, что у нас будет разговор не с Сашей Терековой, а с Сергеем Медведевым, а с Александром Терековым. Я могу перевести эту тему? Хорошо, запросто, давайте. Один из вопросов, который я постоянно задаю родителям всегда, вот когда у нас 1 сентября, я встречаюсь уже, та группа, которая будет за мной закреплена, в этом
году, кстати, я выпустил 5 класс, на следующий год я опять набираю первый класс вот один из вопросов которых я родители сидят передо мной я им все это рассказываю просто вот на любых как я говорю я вам отвечу на любые вопросы даже самые неприличные то есть открыт полностью один из вопросов я им задаю родителям кто вы по национальности оба вот сразу реакция видите какая у меня как, а это что за вопрос такой некорректный правда да
Саша Терикова:
неудобный вопрос ну как будто бы да какое ваше дело. Вот какая у нас обед?
Сергей Медведев:
Хорошо, хорошо, тогда я рассказываю, но давайте тогда так, мы же везде говорим, что у нас многонациональная страна, а почему тогда не можем спросить какая у вас национальность? Ну тогда давайте будем говорить, что у нас многонациональная страна, у нас же говорят везде в городе, что у нас порядка 140 национальностей проживает, а почему тогда не могу спросить какая у вас национальность? Я не про это сейчас, я про то, что я им рассказываю, что такое их национальность.
Если ты украинец, ты белорус, ты татарин, ты чуваш, ты русский, в тебе есть твой генофонд. А это музыка, это орнамент. Я им напоминаю, что у вас есть бабушки, прабабушки. Посмотрите, у вас какие-то, может быть, артефакты остались в семье. Вы ездите в гости на летние каникулы, какую музыку слушаете. А это все темперамент.
И моя задача вычленить того ребенка какой-нибудь и пирамид не поломать его не поменяйте национальность, но если она азербайджанка да ей бог ее поцеловал темечку писать ярко экспрессивно вкусно как знаете как вот вкус не знаю там свежего граната если ребенок в другой национальности или из другого какой-то региона там он родился сформировался понятно если опять же я могу его расшевелить.
Получается, если нет, не надо давить. Вот это очень тонкая игра, это все на уровне каких-то, знаете, таких вот неприкасаемых на удалении тактильности нейронных каких-то связей. Ну вот это вот поток идет, идет, он чувствует. Я его чувствую и вывожу это все.
Саша Терикова:
Ну, а вы не боитесь, что, допустим, вот после такого вопроса, да, а вдруг потом у ребенка что-то начнет не получаться, допустим, он отсеется на каком-то этапе или, возможно, ну, не раскроется то самое зернышко, да, в нем после тяжелого труда, а потом его родители, ну, по разным причинам, да, вдруг вспоминают этот вопрос, ну, понятно, почему он его спросил, ну, все ясно, почему выгнали нашего ребенка, например, со школы или он вылетел с этого курса. Ну, вот не
Сергей Медведев:
боитесь такой реакции? Нет, потому что такого не бывает. В моей практике такого не бывает. Во-первых, у меня всегда разговоры, диалоги всегда честные с родителями, начнем вот о чем я сейчас выше говорю. Во-вторых, я им объясняю, и все знают, и я это знаю, что этот процесс учебный, он достаточно длительный. Это второе. Следующий момент. Я же учитываю возраст ребенка. Если он поступает в первый класс, это 10−11 лет. Я родителей предупреждаю, они этого не знают. Но я-то уже дядька опытный. Я уже говорю, милые мои, через год хлебнете.
Потому что я знаю, что такое 12−13 лет. Но это просто-напросто переворачивается организм полностью. То есть, в общем, в образовательной школе там будут проблемы. Не потому, что ребенок стал плохим, а потому, что у него просто тело растет, а мозг еще отстает. Ну, это физиология элементарная, психология, ее надо тоже знать, и о чем я знаю, и что я контролирую. И плюс еще творческие задачи надо решать. То есть вот этот момент мы где-то, я жду, да, не давим. Равителям советую, не давите, дайте ребенку перекипеть.
Пусть у него эта вся пена осядет, и он потом пойдет уже по тому пути, по которому надо. Отсева как такового у нас нет. У нас нет отсева. В частности у меня от всего нет. У меня единственное, что когда дети перестают заниматься, это ну просто какие-то единицы, вот вы знаете, ну это вот я даже вот сейчас мне сложно вспомнить, кто бы ушел из группы. Но это только те, которые вот на каком-то этапе поняли, что они не потянут. Потому что они зашли. Я им поговорил, мы с ними объяснили. У нас же еще опять, понимаете в чем дело? У нас же образование это не индивидуально как у музыкантов.
У нас групповое занятие. Мы выставляемся группой, мы обучаемся группой, значит, мы обучаемся и формируемся коллективом, ну это музыкантов, да, вот можно там сесть, пришел в кабинет, да, ты молодец, поиграй мне тут делирование активное, там, касание струны и так далее, и все, никто не видит, никто ничего не знает, всех похвалили, все все комфортно разошлись. У нас так не бывает, у нас потому что, если ты делаешь некачественно, тебе даже твоя, А нагруппница, да, скажет, что «ну слушай, ну ты что-то делаешь не так».
Не в плане того, чтобы тебя там, как говорят, слово «забулить», да, вот сейчас современное, а просто поддержка, творческая нормальная поддержка. Поэтому дети не уходят, дети не уходят. Больше даже и чаще бывает, что дети, которые не попали ко мне в группу, вот больше раздраженность от того, что они не в моей группе, а не других педагогов. У меня аудитория всегда открытая, они как котята приходят, «заберите меня к себе».
Говорю, ну куда я вас возьму, у нас расписание не попадает, и так далее, и так далее.
Саша Терикова:
Ну, давайте, наверное, вернёмся к вашему творчеству. Я думаю, что к вашим ученикам мы ещё тоже о них поговорим. Это всё-таки такая животрепещущая тема, да, последних дней. Но всё-таки и наши зрители, и, конечно же, мне интересно, вот сколько стоит полотно заслуженного художника Сергея Медведева?
Сергей Медведев:
Ровно столько, насколько и есть деньги у покупателя.
Саша Терикова:
Так ну допустим я приду скажу как обычный простой воротовчанин да приду скажу вот красивая картина мне кажется у меня в интерьере она неплохо смотрелась но.
Сергей Медведев:
Есть только 10 тысяч спасибо скажу вот смотрите что такой профессионализм одно дело когда художник говорит я хочу и это стоит столько да пожалуйста любой мой заявить это стоит столько я хочу другой говорит я хочу, но основываясь на что-то потому что любой там человек который хочет купить, а который может даже не понимает что он покупает ну у нас же много
сейчас богатых людей до достаточно такими бешеными деньгами, но которые я не говорю что они как заработали это другая история да, но они не понимают ничего в искусстве куда вкладывается не понимаешь что это модно что у кого-то видел вот у него есть у меня нет ну такие нормальные какие-то у них между собой там у бизнесменов есть такие натигаются у кого побольше у кого поярче и так далее так вот как чтобы им опереться, но существуют расценки элементарные вот есть такой рейтинг художников всероссийской
классификации он даже там считается уже международным он уже по моему лет 15 как он существует музей этим рейтингом руководствуется там поименно все фамилии там и моя фамилия есть и супруги моей Алисе Медведевой, там фамилия Айвазовского, Карла Брюлова, то есть вот еще с императорского времени, да, Российской империи, вот эта классификация идет. И у каждого художника есть рейтинг. Вот самый высокий рейтинг это единица, один, а или один б. Самый низкий рейтинг это восьмерка, это начинающий художник.
Вот у меня рейтинг четверка. Ого, вот так вот. Так вот, вот в этом рейтинге сзади есть таблица, где четко прописано, в какой технике сделано, какого размера и сколько это стоит. Минимальная гарантированная стоимость. Дальше как договоритесь. Вот если посмотреть вот на эту работу, по-моему, я не помню как называется, но это Будапешт 2010 год.
Это как раз таки вот собор Будапештский. Да да да да да вот она у меня 70 на 70 вот если 70 на 70 сантиметрах вот если ее подводить под стоимостью под критерий этого рейтинга ну не у стоимостью этой работы, но будет порядка вот если в евро да можно в евро давайте в рублях хорошо
но это будет стоить где-то порядка 300−400 тысяч рублей, это недорого.
Саша Терикова:
Ну вот я тоже подумала, что это недорого, при том, что мы слышим озвученные стоимости каких-то великих полотен, которые продают на аукционах. Хорошо, а вот, допустим, возьмем ваш рейтинг, и кто из известных художников, из известных фамилий находится ниже вас? Ну, такие, которые прямо на слуху, есть такие?
Сергей Медведев:
Нет, нет, нет, нет. Вот как-то там все классифицировано очень быстро и очень все грамотно. И поэтому даже кого я знаю лично или какие-то фамилии мне интересны, они либо выше меня даже, да, либо там третий или там двоечка, вот. И либо мы где-то на одном уровне. Ну есть там, может быть, на пятерке. Поэтому нет, там все достаточно быстро и на очень все качественно. И мне это, ну как-то, мне это нравится. Кто-то этот рейтинг, его не принимает, кто-то не воспринимает.
Ну, опять же, цена, вот что такое вот цена произведения, искусства, вот как ее можно оценивать, сколько это стоит? Вот если по категории у меня только 10 тысяч в кармане, может быть, когда-то и кто-то ей продаст. Я был, у меня период, я продавал, жизненный период такой был, что ну просто нужны были деньги, да, вот я какие-то работы, не знаю, лет 15 назад, у меня и по 20, по 25 тысяч покупали, не то, что я выходил на рынок купить.
Ну приезжали ребята, для них это просто эти деньги ни о чем, бизнесмены. «О, мне нравится, это нравится. Сколько? Да я больше этого тебе не дам. Ну давайте хотя бы столько мне». Все по-разному абсолютно. Но я, как правило, вот сейчас почему-то у меня какие-то работы накопились, по дешевке, так скажем, я работы не отдаю. Я не отдаю.
Саша Терикова:
По дешевке это 10 тысяч?
Сергей Медведев:
10, 20, 25, 50. Но это те деньги, которые в легкую можно заработать и решить какие-то проблемы и так далее. Поэтому работы пусть стоят, накапливаются, а там уже, как я говорю, мои потомки, пусть у них голова болит, что с ними делать.
Саша Терикова:
Потом будем читать про аукционы, на которых продают ваши картины за миллионы миллионов.
Сергей Медведев:
Пожалуйста, пожалуйста.
Саша Терикова:
Вот зрители наши спрашивают, какая самая дорогая проданная вами картина? Ваша.
Сергей Медведев:
О, вот это вот сейчас надо вспомнить. Нет, сейчас я не могу сказать, какая самая дорогая, потому что это происходило все в какие-то периоды временные уже длительные, там десятилетия, а там же у нас то инфляция, то девальвация, то рубли меняют.
Саша Терикова:
Ну была ли такая картина, которая стоила как квартира условно?
Сергей Медведев:
Как квартира нет, но я помню, что по-моему был период, я продал либо 4, либо 5 работ, как-то вкупе, не то что специально, как-то суммарно что-то продавалось, по-моему вот эти 4 или 5 работ у меня продались и я купил вот тогда себе первую машину бы мы нельзя говорить это марку одну и одну из иномарок вот бушную, но очень хорошую вот как-то вот.
Саша Терикова:
Так было еще сыплются вопросы вот спрашивает нас дарья что вы думаете о том что сейчас нейросети создают картины вот это что это искусство.
Сергей Медведев:
Современного вот дарья да спрашивает дарья по поводу нейросети кстати можно зайти будет ко мне в страницу на мою страницу вконтакте у меня то был один из выпусков иногда блоки такие записываю мысли которые меня беспокоит или от чем я хочу поделиться с зрителями и там один из таких вот видео блоков у меня был про нейросети как отношусь никак абсолютно вот абсолютно никак это игрушка которой наиграетесь и забудете вот сейчас кто с этими нейросетями
интересуется на чем я говорил и в свое и в свой в своей передаче сейчас могу повториться нейросеть искусственный интеллект это инструмент он необходим на сегодняшнем этапе он давно наверное уже необходим в каких-то высокотехнологичных процессах медицина в первую очередь я вот просто боготворю медицину вот там она должна нейросеть работать до военно-промышленный комплекс обязаны на это все быть, но опять же мы понимаем что все эти новые технологии не выходит своей на промышленного комплекса там опробируется опрабатываются потом уже выходит в нашу жизнь.
Какие-то высокие точные технологии, что связано там с гаджетами или еще с чем-то, обязательно должно быть. Но как только мы переступаем границу, где есть понятие душа, глаза в глаза, взяться за руку, ну какая искусственный интеллект может быть? Уже нет. Когда идет разговор о воспитании ребенка, когда идет разговор о воспитании человека в социуме, да, ну какой искусственный интеллект может быть? Я буквально сегодня где-то пролистывал по опять какие-то ленты.
Бастрыкин сегодня сказал, да на совещании, ну какой искусственный интеллект может заменить действие или работу следователя, когда нужно опросить, посмотреть, выехать, понюхать, потрогать и так далее и так далее. Поэтому это игрушка. Это мои слова подтверждены тем, что мы сейчас наблюдаем.
Ну что вы сейчас вот из искусственного интеллекта видите в соцсетях? Ну сделали фотографию, ну сделали то-то, ну напечатали картинку, ну сделали какой-то коллаж, ну написали какое-то произведение, якобы произведение музыкальное, там, которое записали, они там за две, за три минуты, они как композитор там пишет, сколько он там думает. И все, посмотрели, поиграли и забыли, посмотрели, поиграли и забыли. Продолжения нет, продолжения нет. Поэтому это вот как, знаете, как вот игра компьютерная, там, доты, сети, фотошоп.
Вот помните, вот был тогда, вот когда-то, вот только появился программа, ну что только с этим фотошопом делали, куда его только не могли применить и и рога и носики и наряды и так далее все кто сейчас фотошоп этот он уже как инструмент есть как программа.
Саша Терикова:
Ну то есть получается вот есть же такое мнение что искусство да это его всегда боялись в средние века это значит человеку подавляется богу он создает из ничего что-то да то есть у нас же господь бог создал из ничего из хаоса создал что-то правильно и соответственно искусство это тоже одна из версий, которые рассматривают, в частности, когда изучают историю каких-то искусств и так далее.
А нейросеть, получаетс